Снукер умер. Да здравствует… снукер? Часть 2.

Dabbler

Начало здесь.


Круг замкнулся?

Давайте на мгновение отвлечемся от снукера и представим такую картину. Остановка. Два автобуса, следующие по одному маршруту.

Один – чистенький, уютный, без стоячих мест. В нем нельзя шуметь и лузгать семечки, нельзя плевать на пол и бегать по салону во время движения. Он ходит точно по графику (ну, плюс-минус, с учетом светофоров и возможных пробок, конечно). Водитель при галстуке, чисто выбрит, от него пахнет хорошим парфюмом, он вежлив и благожелателен к пассажирам, но хулиганов и дебоширов сразу ставит на место и высаживает при первой возможности.

Второй… А вот второй зияет разбитыми стеклами, пол покрыт шелухой и еще чем-то непонятным. В салоне воняет бензином. Музыка бьет по ушам. Где-то в хвосте лает собака (без намордника, кстати, псина). В нем нет никаких запретов, можно курить и глушить пиво на ходу, можно играть на гитаре и горланить песни, да хоть на ушах стоять. А водитель… то ли пьян, то ли что-то курил, и это «что-то» явно не табак. Но этот автобус едет в три раза быстрее! Причем это не просто слова, постоянные пассажиры рвут на груди рубахи, доказывая, что это так и есть и они здесь не первый день катаются. И водителя хвалят, он настоящий мастер вождения, такие кренделя на дороге выписывает, что встречные машины разлетаются как кегли. И ни одной аварии за последние десять лет! Короче, круто. И весело.

Эту аллегорию мне рассказал буквально недавно инициатор моего опроса, но и сам он услышал от кого-то. Я лишь развил пример более красочно и художественно. К чему это все? При чем здесь этот обзор и вообще снукер? Решите сначала для себя сами, в каком автобусе вам ехать лучше? Который медленный, но уютный и спокойный, или вам в кайф «по приколу» хапнуть адреналинчику и добраться до места назначения в три раза быстрее, чтобы иметь время поделиться впечатлениями и рассказать «в лицах», что происходило на маршруте?

Я надеюсь, не стоит объяснять, что под первым подразумевается классический снукер, а под вторым - то, к чему призывает нынешнее поколение зрителей, которым хочется драйва, но никак не засыпать под мерный перестук шаров, где два непонятных субъекта в старомодной одежде по минуте раздумывают над тем, как загнать соперника в очередной снукер. Да, я утрирую и намеренно перегибаю палку. Но, поверьте, совсем чуть-чуть. Количество болельщиков, которых не интересует красивая позиционная борьба от слова «совсем», становится все больше и больше. Но как же так получилось, что основы стали забываться? Кто виноват в этой метаморфозе? Так мы же и виноваты. Я имею ввиду болельщиков и любителей снукера. Не полностью сами, нам помогли. И произошло это не сразу, а постепенно. Однако, по порядку.

Все началось с Джона Спенсера. Да, я не оговорился, именно с великого и легендарного Джона Спенсера, трехкратного чемпиона мира, первым взявшего кубок на арене Крусибла в 1977-м году. Причем прямой его вины нет, он послужил лишь катализатором, так что не стоит тем, кто считает его своим кумиром, бросаться на меня в рукопашную. Джона я очень уважаю как игрока и с огромным пиететом отношусь к его достижениям. Абсолютно заслуженным, повторюсь. И дело не в его кие, «скрепленном гвоздем», или необычном хвате. Это личный стиль, каждый игрок не просто имеет право, но и обязан делать все, чтобы чувствовать себя у стола комфортно. Но именно Джон первым из элиты заявил, что «снукерист схож с комиком, которому требуется контакт с публикой, чтобы хорошо выступать». Он не переходил границы и остался в памяти настоящим джентльменом, но его попытки заставить публику бурно реагировать на свои действия у стола и поддерживать атмосферу в зале как на шоу и привели в будущем к тому, что снукер перестал быть игрой для игроков, а начал приобретать черты некоего медийного действа, где главную роль играет не сам процесс на зеленом сукне, а поведение тех, кто этот процесс осуществляет. Естественно, сам Спенсер хотел «как лучше», по его мнению, введение в снукер элементов шоу должно было популяризировать его и привлечь новых болельщиков. И привлекло, надо честно сказать. Только наравне с теми, кто любит снукер и наслаждается им, пришло большое количество «зрителей с попкорном». И именно они стали могильщиками классического снукера. При поддержке агентов, PR-менеджеров, бизнесменов от спорта и представителей желтой (да и не только желтой) прессы. Трибуны стали заполняться (поначалу частично, а потом все больше и больше) жаждущими зрелищ людьми, целью которых было посмотреть спектакль, где стол с цветными шарами лишь декорация, а «сенчури» стало волшебным словом, характеризующим мастерство игрока (правда, мало кто из этой когорты зрителей мог внятно объяснить, почему…).

«Ну и что здесь такого?», - скажете вы, - «Неважно, кто платит деньги за билеты, главное, что зрители пришли, заполнили трибуны, а потом в пабах и иных клубах для общения происходила популяризация снукера, пусть и не как серьезной игры, с обсуждением нюансов, а как развлечения. Не все же футбольные болельщики разбираются в финтах и комбинациях на газоне, а среди любителей боксерских поединков вообще мало кто понимает разницу между хуком и апперкотом. Главное – аншлаг, публикации в прессе, телетрансляции турниров и, как следствие, еще больший приток болельщиков.»

Все так. Наверно. Просто шоу бывает разное. Одно дело – когда талантливый снукерист демонстрирует некие индивидуальные особенности стиля игры, выходящие за рамки принятых стандартов, но не ставит целью эпатировать публику. И совсем другое – полный отказ от позиционной игры, атака любой ценой, так как это вызывает восторг зрителей, взаимные обвинения в употреблении наркотиков, драки у стола, оскорбления в прессе или лично. «Любители клубнички» стали в стойку. Ведь если раньше снукер ассоциировался с неким «приличным» действом, по крайней мере у столов (все бури в стакане и выяснения отношений происходили на уровне бюрократов и Ассоциаций, а на аренах игроки соблюдали кодекс джентльменов и держали себя в рамках), то теперь появился шанс покопаться в грязном белье и вытащить на всеобщее обозрение не имеющие отношение к игре сенсации. «Народный любимчик» Алекс Хиггинс привлек в снукер тысячи и тысячи «болельщиков». Но были ли они болельщиками снукера? Не буду обобщать, но уверенно заявлю, что большинство – нет. И это не просто голые слова. Обратимся к цифрам, которые приведены в первой части, и я укажу дополнительные данные, которым не нашлось места в стандартных выборках. 8 человек из 500 опрошенных назвали в числе своих кумиров Алекса Хиггинса. Но только один (!) из них смог внятно аргументировать свою позицию, используя выражения «быстрая агрессивная игра», «атакующий стиль», «серийность», «сложные рискованные удары». Остальные семеро апеллировали к эмоциям: «свой парень», «настоящий мужик», «рубаха-парень», «красава, встряхнул это болото». А где же здесь снукер? При всей неоспоримой гениальности Алекса Хиггинса как «забивальщика шаров», его имя ассоциируется не с его победами и яркими выступлениями, а с драками, оскорблениями, алкоголем и неадекватным поведением. Да, повторюсь, уход от классики принес свои плоды, количество болельщиков на порядок увеличилось, и, соответственно, подпрыгнули телевизионные рейтинги и выделяемое таблоидами место под тематические колонки. Но какая польза от этого всего для снукера как вида спорта?

У меня очень сложное личное отношение к Джо Дэвису. Я восхищаюсь тем, что он сделал для снукера в предвоенные годы, но его действия после второй мировой повергают меня в шок (не буду повторяться, я высказал все в работе «Волны гасят снукер»). Однако, в свете фактов этого обзора, закрадываются сомнения, а так ли он был не прав, не пуская в профессиональный снукер Пэта Халихэна, учитывая его бурную и скандальную молодость? Да, Пэт был великолепным игроком и мог бы, наверно, взять не один титул (недаром же Джимми Уайт называл его лучшим снукеристом, которого он знал в своей жизни), но где гарантия, что Алекс Хиггинс не показался бы тихим котёнком по сравнению с криминально подкованным Халихэном? Я не собираюсь ничего утверждать, об этом человеке слишком много противоречивых мнений, и вполне возможно, что большая часть негатива внесена лишь потугами любящей скандальчики прессы. Я говорю о самом подходе, о допуске в профессионалы. Что-то мне кажется, что в тридцатые годы появление среди снукеристов-джентльменов талантливого, или даже гениального, «гопника», было бы воспринято теми же болельщиками совсем не позитивно. В элитный клуб люди с подмоченной репутацией просто не допускались. Имидж снукера, да и английского бильярда, поддерживали строго (кстати, рассказы того же Джо Дэвиса об «истеричности» Вайолет Линдрум и якобы неподобающем поведении Уолтера Линдрума остаются на его совести, в независимых источниках эти истории освещены совсем по другому, и совсем не в пользу «Мистера Снукера». Прошу прощения за отступление от темы).

Опять же использую одну из выборок исследования, которую не приводил в начале. 44 человека из тех 367, которые имеют непосредственное отношение к игре, то есть держали в руках кий, пришли в снукер благодаря интересу, вызванному просмотром турниров по телевидению и влиянию «бунтарей» и ярких личностей прошлого и настоящего. Но вот что удивительно: лишь 8 человек из этих 44 являются сторонниками агрессивного «безбашенного» стиля в игре, остальные – познали красоту и уникальность позиционной борьбы. Зато из чистых «болельщиков» (133 корреспондента, никогда не подходивших к столу, покрытому зеленым сукном) абсолютное большинство (99 человек) ратуют за красивую (в их понимании) рискованную атакующую серийную игру, а то и вообще (18 человек) не обращают внимания на стиль, а смотрят на кумира «влюбленными» глазами, особо не вникая в такие глупости как «дух снукера», соответствие стандартам классического подхода и так далее и тому подобное.

Еще один момент, дополнительный, но говорящий о многом. Я перечитал порядка трех десятков интервью молодых перспективных снукеристов, которые опубликованы в интернете на различных ресурсах. И практически во всех встречается вопрос о кумире или о том легендарном или топовом игроке, на которого им хотелось бы быть похожими. Не открою Америку, если скажу, что большинство (не все, конечно, но многие) упоминают Ронни О‘Салливана, по крайней мере среди других имен. Однако я не нашел упоминаний ни о Стиве Дэвисе, ни о Рэе Риардоне, ни, тем более, об Уолтере Доналдсоне. Да и О‘Салливан упоминается в большинстве случаев в контексте медийности фигуры, а не уровне игры и несомненной гениальности в молниеносной оценке ситуации на столе, умении видеть нестандартные варианты и рисковать в самый ответственный момент. Неужели молодежь не понимает, что стать О‘Салливаном невозможно, им нужно родиться? Понимает, конечно. Но медийность его образа манит. Ведь так хочется, чтобы целую эпоху назвали твоим именем, чтобы таблоиды выделяли первые полосы под твои портреты с задранной на стол ногой, а многочисленные «специалисты» и «эксперты» глубокомысленно обсуждали, какие последствия будут после столкновения плечами с Али Картером или обвинений, брошенных во время матча Марку Аллену.

Как часто в солидных спортивных изданиях в последние годы появлялись серьезные аналитические обзоры, посвященные сути и духу снукера? Раз в полгода? Или реже? А сколько статей посвящено выходу Марка Уильямса на пресс-конференцию после победы в 2018-м году на чемпионате мира в костюме Адама с перечислением всех его татуировок и их значения? Ну а поездку на такси в непотребном состоянии и отказ оплачивать дорогу Джона Хиггинса не обсуждал только ленивый. Грязное белье, скандальные заявления игроков со взаимными обвинениями, личная жизнь под микроскопом – вот главные темы снукерных колонок. Есть, конечно, англоязычные и немецкоязычные блогеры и ресурсы, которые соблюдают такт и если и сообщают какой негатив, то стараются не муссировать тему, выпячивая пикантные подробности. Но сколько их? Навскидку можно назвать с десяток, вряд ли их больше, я мониторю интернет постоянно уже много лет.

Что получается в итоге? Молодой талантливый амбиционный снукерист, поставив своей целью стать профессионалом, смотрит на то, как освещается этот вид спорта, и кто в нем добивается максимального успеха. Ему (или ей) не очень интересно, что и как происходило в прошлом веке, благодаря чему выигрывали свои титулы Фред Дэвис, Рэй Риардон или Уолтер Доналдсон, и вообще в какую игру они играли, как возник снукер и почему он имел такой успех. Молодежь хочет завоевывать титулы, бить рекорды, слышать аплодисменты и восторженные крики толпы после удачного банана-шота или невероятного выхода от шести бортов. Каждый видит себя как минимум с кубком Джо Дэвиса над головой. Ну или на крайний случай – с хрустальным треугольником. «Плох тот солдат, который не мечтает стать генералом» (с). Сложнейшая гениально разыгранная комбинация с красивыми отыгрышами и великолепными снукерами не останется в анналах истории, в статистике подобным вещам отводится очень мало места, да и то на «задворках» основных таблиц и графиков. Серии, серии и серии. Желательно сенчури. А еще лучше – максимумы. И чем меньше времени тратит игрок на обдумывание удара, тем круче. В списке рекордов почти везде количество набранных очков одним подходом. Так что, возвращаемся к истокам? К духу английского бильярда, где не допустить соперника к столу и набрать за тысячу (а лучше – за четыре, как Уолтер Линдрум) очков было (и есть… английский бильярд не умер, просто снукер вытеснил его с публичного пространства) особым шиком и смыслом игры? Так стоило ли огород городить? Разноцветные шарики, пирамида красных – это лишь атрибутика, внешний форс. Может, стоит честно признать, что английский бильярд и пул взяли реванш и отказаться от всяких глупостей типа позиционной борьбы, отыгрышей, игры от обороны и так далее? Раз уж зрителям нравится именно динамика, беготня вокруг стола и залетающие со свистом в лузы шары. Да и за отмену дресс-кода ратуют все больше и больше молодых чемпионов и обладателей титулов (в том числе и потенциальных обладателей). Ну не соответствует это духу времени. Необходимо намного больше свободы, никаких «удавок» на шее и старомодных жилеток. Никто не должен «наезжать» за неправильный цвет кроссовок или предъявлять претензии по поводу фасона брюк или рубашки. Кому нужны эти замшелые традиции и аристократические (ха-ха-ха) манеры? Менять все надо. Срочно. Чтобы снукер стадионы собирал, чтобы миллионы зрителей криками и воплями сопровождали «танец» игрока после невероятного флюка, бросали фейерверки на арену и освистывали решения рефери, который ничего не понимает в правилах. А перед матчем хорошо бы устроить «дуэль взглядов» между соперниками, и желательно чтобы они не выдержали и подрались, оскорбляя друг друга и заявляя, что визави такой-сякой и шансов у него нет.

Утрирую? Пишу глупости и нагнетаю? Противоречу сам себе? Возможно. Оставлю свои аргументы и пояснения на другую часть обзора. Но хочу обратить внимание на один момент. Ответьте сами себе, честно и откровенно: человек, впервые увидевший на Евроспорте трансляцию неизвестной ранее ему игры под названием «снукер» в исполнении Алекса Хиггинса, Квинтена Ханна или Ронни О‘Салливана и услышавший рёв трибун после безбашенного атакующего удара с выходом от нескольких бортов, или прочитавший в первый раз публикацию об этой игре в The Sun, Bild, ну или каком русскоязычном издании, где смакуются подробности разборок между игроками или с восхищением рассказывается об очередном рекорде по скорости построения серий, будет ли готов осознать красоту комбинационной игры и, затаив дыхание, пересмотреть от начала до конца, например, финал чемпионата мира 1985-го года? Да, понятно, что все зависит от темперамента и многих иных нюансов характера самого человека, но я имею ввиду первое впечатление, которое, несомненно, оказывает влияние на многое в будущем. Одно дело - познакомиться со снукером и полюбить его на примере игры Рэя Риардона, Денниса Тейлора или Стива Дэвиса, совсем другое – тех, кого я перечислил выше. Причем я не ни в коей мере не ставлю под сомнение гениальность Алекса Хиггинса или Ронни О‘Салливана, я о другом. После завершения карьеры «народными любимцами» и бунтарями, могут ли их фанаты оценить истинный снукер, а не просто забивание шаров с большой скоростью в лузы? Это риторический вопрос. А пока давайте более внимательно рассмотрим результаты моего, пусть и небольшого, исследования. Пришла пора вернуться к цифрам.

История и дух снукера.

Для начала один факт. Вышеупомянутый финал чемпионата мира 1985-го года между Деннисом Тейлором и Стивом Дэвисом, известный как «финал на черном шаре», знаменит еще и рекордом: более восемнадцати с половиной миллионов телезрителей затаив дыхание следили за битвой двух величайших мастеров своего времени. Этот момент входит во все списки достижений, видео последнего фрейма или вырезка с борьбой на последнем черном пользуются огромной популярностью и имеют миллионы просмотров и в наши дни. А кто-то может вот так сходу, без обращений к википедиям и иным шпаргалкам, сказать, сколько сенчури было сделано в том матче, состоявшем из 35-и фреймов? Не торопитесь лезть в гугль, я и сам все расскажу. Не было сенчури. Вообще. Дэвис сделал 12 брейков выше 50 очков, а Тейлор – 10. Высший брейк Стива – 87 очков, а Деннис превзошел его на 11 очков и в семнадцатом фрейме набрал ровно 98. Странно? Согласен. На что же смотрели эти миллионы болельщиков, сидя дома у телевизоров? Никто ведь не заставлял их. Они не купили билеты, чтобы быть прикованными к своему месту в зале. Да и британское телевидение даже в те времена не страдало отсутствием альтернативы, на других каналах был огромный выбор хороших развлекательных программ.

Неужели на СНУКЕР? Не на драки у стола, не на порванные штаны Большого Билла, не на самый быстрый в истории максимум и не на «хулиганский» разбой пирамиды Квинтена Ханна. Не на выяснения отношений, кто играет правильно, а кто нет, и у кого стиль единственно верный и соответствующий генеральной линии партии. А именно на СНУКЕР большими буквами. Рольф Кальб одну из глав своей книги «Die faszinierende Welt des Snooker» (Увлекательный мир снукера) назвал «Slow burning drama». По моему глубочайшему убеждению, это самое лучшее, самое точное и самое всеобъемлющее определение снукера. Я даже боюсь приводить прямой дословный перевод на русский язык, так как в этом выражении столько смыслов, что половина из них потеряется при переводе.

Давайте посмотрим, что же показал мой опрос и две приведенные выборки?

Из тех, кто познал снукер еще в прошлом веке, абсолютное большинство интересуется историей игры, читали книги и публикации, посвященные его возникновению и легендарных игроках, стоявших у истоков формирования классики. И лишь 16 человек из 189 отмахнулись от этой темы как от неважной и неинтересной. Вполне ожидаемо и количество тех, кто любуется именно красотой комбинационной составляющей снукера, из «старичков» их 123 против 62 тех, кто любит агрессивный стиль. С кумирами тоже вопросов в принципе не возникает, со Стивом Дэвисом и Стивеном Хендри назывались имена Рэя Риардона, Денниса Тейлора, Джо и Фреда Дэвисов, а также других легенд. Алекс Хиггинс оказался в фаворитах лишь у 8 человек из списка и не вошел даже в десятку.

А вот среди «молодежи» (не по возрасту, а по стажу «боления») ситуация диаметрально противоположная. Меньше трети (94 человека из 311) отдают должное необходимости знать основы и истоки, ненамного меньше (72 человека) вообще не интересуются «глупостями», а большинство вроде и соглашается, что история имеет значение, но не является приоритетом и входит в статус «развлечения». Соответственно и любителей агрессивного атакующего стиля в этом контингенте намного больше в процентном соотношении, почти две трети из опрошенных предпочитают динамичную игру с риском и высокой серийностью, а позиционные битвы для них просто скучны. Отсюда и список кумиров (напомню, что хотя Марка Селби и считают апологетом оборонительного стиля, но это в корне неверно, достаточно посмотреть на количество сенчури в его карьере). Единственное, что меня слегка напрягло, так как это достаточно большое количество тех, кто вообще не вникает в игру и в технические детали, а лишь любуется самим игроком у стола (то, что практически все из 46 ответивших подобным образом на мой вопрос принадлежат к прекрасной половине, это секрет полишинеля, так что говорю об этом открыто).

Выводы сами напрашиваются. Тот, кому не интересно разобраться, что же такое снукер и как он возник, как эволюционировал и обретал уникальные черты, относятся к этому виду лузной игры на бильярде как к шоу, зрелищу. Для них игроки, выходящие к столу, обязаны сотворить что-то необычное и яркое, чтобы обратить на себя внимание. Ну, там, пару максимумов сделать в матче. Желательно каждый быстрее чем за три минуты. Или в пяти фреймах подряд не подпустить соперника к столу, набрав по сотне очков в каждом. Это шутка, конечно, но статистика вещь упрямая. Избалованный динамичной современной игрой зритель в большинстве своем уже не будет пересматривать многочасовые позиционные баталии прошлого века. Повторюсь: скучно…

Теперь разберем вторую выборку из моего опроса.

367 человек из 500 корреспондентов либо играли на каком-то уровне (любительском, естественно, среди профи есть знакомые, но их я предпочел не трогать в этом деле, это совсем другая «весовая категория»), либо пробовали свои силы в клубах на столах по правилам именно снукера (адептов русского бильярда и пула я оставил за скобками, там иной смысл и дух игры). То есть все из этих 367, пусть и в различной мере, представляют себе, что такое отыгрыш, «снукер» в понятии комбинации, а не названия игры, ну и могут оценить геометрию стола, соотношение размеров луз и шаров, а также сложность оценки тактики, особенно в закрытой позиции. И совершенно неудивительно, что абсолютное большинство либо внимательно изучало историю игры (211 человек), либо хотя бы знает основы и периодически интересуется обзорами и статьями не на тему «кто с кем развелся» и «кто что кому сказал». Многие из них, кроме снукера, играли в русский бильярд, пул или карамболь, отдельно цифры я не выводил для себя, это не принципиально сейчас. Но мой тезис о том, что если занимаешься каким-то делом, пусть и для развлечения, то хорошо бы знать, что это такое и с чем его едят, подтвержден безоговорочно.

Что же касается второго вопроса, то здесь результат оказался для меня несколько неожиданным. 184 любителя позиционной игры против 151 человека, которым подавай атаку и агрессию – фактически паритет, учитывая не такое уж и большое количество корреспондентов вообще. Остаток в 32 равнодушных к нюансам стиля — это люди, не вникшие в суть либо «не осилившие» снукер при попытках научиться и поиграть самим в клубах. Болельщиками они остались, имеют своих кумиров и фаворитов, смотрят трансляции, а кто-то даже лично посещает (посещал) турниры, так что их мнение так же важно, как и мнения остальных. Но, по большому счету, на общие пропорции разделения на «лагеря» по стилям они не влияют. И вот этот пунктик меня как-раз насторожил. Если «играющие» люди забывают, чем был снукер изначально, для чего был предназначен, и становятся адептами агрессивной «безбашенной» игры на публику, то что говорить об обычных болельщиках, никогда не бравших кий в руки? Подсмотрим в нарушение порядка в соответствующую строчку выборки… Ну да… Все так и есть. Из 133 человек «чистых» болельщиков, 99 жаждут зрелищ и красочных атак, и лишь 15 любуются шахматными партиями на зеленом сукне. Что и требовалось доказать.

Остальные цифры комментировать смысла нет, просто вернитесь к началу обзора, там все указано русским по белому. Не жаждут болельщики вникать во всякую историческую муть и разбираться, откуда есть пошел снукер. Хорошо хоть хлеба не требуют, только зрелищ. И с кумирами та же ситуация, все предсказуемо.

Вот такая вот трансформация произошла. Прошлое растворяется в тумане, имена забываются, новые герои стараются соответствовать требованиям непритязательных зрителей и стремятся устроить шоу вместо игры в снукер. Дух этой мудрой и увлекательнейшей в своей многогранности игры изгнан экзорцистами, вооруженными результатами опросов «общественного мнения» и технологиями расчета телевизионных рейтингов, и замещен аккуратными стопками купюр с изображениями Елизаветы Второй. Так что же… «мене, мене, текел, упарсин»? Повздыхаем на тему «эх, в наше время…», забудем о классике и будем привыкать к «снукеру без снукеров»? Ну, не все так мрачно, конечно. Я намеренно сгустил краски. И цифры в выборках по опросу не такие уж катастрофические (хотя, конечно, тенденция потери интереса ко многим аспектам игры налицо), и позиционная борьба на зеленых столах присутствует, и мастера, не забывшие, что такое красивый отыгрыш, в Мэйн-Туре в достаточном количестве есть. Да и болельщики не все берут с тобой попкорн на трибуны Крусибла.


Продолжение здесь.